Писатель Михаил Веллер назначил мне встречу в ЦДХ, где в те дни проходила экспозиция non fiction, или, проще говоря, интеллектуальной литературы.

Веллера точно так же приглашают встречаться с читателями и на ММКЯ Московскую международную книжную выставку-ярмарку, но на non fiction со своим философским четырехтомником Энергоэволюционизм самый-самый издаваемый некоммерческий писатель был как-то органичнее. Часть первая.

К тому же в ушедшем году был как минимум один дебош, с вами связанный. Какой?! Ну как же, саммит с премьером. А, да! Точно! Я, правда, это так не воспринимал, но если многие восприняли так, то так оно и есть. Считалось всегда в среде людей, которые с претензией относятся к власти, любой, а уж особенно к нашей нынешней власти, что встречаться с ними западло. Или если уж идешь, то как на эшафот в глаза правду-матку сказать: всё, что ты думаешь, всё, что вы говорите часто про этих парней.

На той встрече с Путиным ничего такого не прозвучало. Возникает вопрос: а) почему пошли? Показательно, что ныне сам факт принятия приглашения на встречу с премьером рассматривается как нечто порочащее биографию. Заметьте: формально не писатели были в гостях у премьера, а премьер был в гостях у писателей.

То есть: не кого-то возили в Кремль или в Белый дом, а премьер пришел на юбилей Российского книжного союза. Где он скорее гость. Хотя и обладатель всего а писатели скорее хозяева здесь. Проформа бережно соблюдена. Когда наши писатели встречались с Путиным на Парижской книжной ярмарке в 2005 году, в этом не было скандала! Когда писатели встречались с Путиным, уже премьером, еще два раза тоже не было особых разговоров.

Но этой осенью накал антиправительственных настроений достиг, видимо, максимума. И я сам с огромным удовлетворением воспринимаю застольную речь Шевчука и с неудовлетворением вспоминаю байкеров, которые прокатились вместе с Путиным где-то там. Ибо не подобает волку дороги, бунтарю кататься с чиновником и кандидатом в президенты, которого одни свободолюбцы хотят числить миллиардером, а другие узурпатором!

Правда, я и сегодня не знаю, как было поступить правильнее, когда ко мне обратился вице-президент Российского книжного союза. Он попросил меня обозначиться первым, и я могу в заслугу себе поставить только, что, говоря первым и дольше других, не дал разговору сходить по позорному пути предыдущих когда писатели просили денег, просили дач, просили налоговых льгот, изданий и тиражей.

Что нельзя ликвидировать Гнесинку внимания никто не обратил Но то, что я оказался в глазах ряда читателей скомпрометированным фактом встречи с премьером это же показательно! Да, вправду, каким же должен быть тогда премьер-министр страны, чтобы это так воспринималось? Копится озлобленность. Держава у нас в текущий момент обозлена донельзя.

И это выливается в конфликты, драки, в убийства на бытовом уровне. Издеваются над своими детьми беззащитными, безобидными, над женами и мужьями, над близкими, а не над теми, кто их довел до злобы эдакий. Те вдали. С ними-то, которые в ящике, они ничего сделать не могут.

А тут попался сынок неуклюжий отцу под горячую руку тот и зашиб его до комы Мне хочется, подобно гостю какого-нибудь телешоу, употребить случаем и публично пожелать здоровья моему замечательному другу, суперчеловеку Вадиму Ивановичу Туманову, который недавно перенес инфаркт, будучи вообще-то в свои 83 года крепчайшего здоровья. Туманов герой. Такие люди производятся природой тиражом 1 штука.

И он, рассказывая о своем страшном колымском прошлом, где он, пацан, стал знаменитостью на всю Колыму, говорил, что доводилось сиживать в беспредельных лагерях, где жизнь была страшной и где мужики терпели всё. Но от ничтожной мелочи, без серьезного повода вдруг вспыхивало туманно что и тогда голыми руками раскатывали по бревнам бараки, давили всех блатных; и караульные на вышках думали только о том, чтобы самим остаться живыми.

Это к тому, что вот так все бунты и приходят. Народная злость мощь как пить дать страшная, раньше или позже она попадает в унисон и тогда сметает всё на пути. Часть вторая. Писатель и литература Развивается сюжет, как с Довлатовым, тот, что вас все пора преследовал. В настоящий момент вас всю существование будет преследовать встреча с Путиным!

Довлатов был дядя по-своему несчастный, талантливый и чудный. В этой 68-страничной мини-вещи ( Ножик Серёжи Довлатова. Ред.) Довлатовым как некую сюжетную проволоку, на которую не возбраняется нанизать историю эмиграции, историю литературы, историю распада страны и т.д.

Однако это тот эпизод, когда не дано предугадать, как словечко наше отзовется. Вследствие того что что читатель увидел только это и, любя Довлатова, обиделся за него. Помимо того, довольно наивный хорошодушный и простодушный довлатовский читатель и самоиронию принимает за чистую монету. И когда я сам себя иронически выставляю в неблаговидном свете, то он подхватывает: вот какой-то кретин и сволочь! Ну что же? Это говорит о хороших качествах читателя.

Но я не ожидал Ну, в свою защиту могу заявить, что в наименьшей степени я обиделся за Довлатова. Просто хотел воспользоваться мостиком, чтобы признаться, что это одна из самых любимых мною вещей Скажите, а вы оцениваете книжки современников? Или чукча не читатель, чукча писатель ? Думаю, достаточно тяжко писать, не читая. Но чукча не оценщик. Могли бы выделить что-то?

О чем можно было бы произнести, что если вы жили в 2011 году, то просто должны были прочесть что? Когда-то мы с Сашей Кабаковым, с которым давно дружим, сказали дружбан другу, что справочники, литература биографическая, мемуары и литература профессиональная как-то интереснее беллетристики. Вот у меня есть двухтомник отца культурологии Лесли Уайта, вышедший ничтожным тиражом давно и, к моему изумлению, свободно продающийся.

Есть отличный Лоренц, создатель этологии и нобелевский лауреат: Агрессия, или необходимое зло. Там над каждой фразой следует считать продолжительно и обстоятельно. Вообще в России в эти дни потрясающе сильная литература: и элитная, и массовая, и традиционная, и продвинутая. Хотя для отдыха я с удовольствием читаю и чтиво, ценю Даниила Корецкого.

Мужские боевики Корецкого написаны с таким смаком и знанием жизни блатных, жизни ментов, что просто испытываешь какую-то радость узнавания нового для тебя мира. Как вы думаете, почему ныне мы читаем меньше, чем в советские времена? Весь мир сейчас читает меньше, чем в прежние времена. Насколько я понимаю, мы уже вступили в серьезнейший фазовый переход нашей цивилизации, подобного которому человечество не переживало вообще в обозримом прошлом.

Меняется организация образования, и в среднем оно страшно падает. Меняется уровень культуры, и в среднем он страшно падает. Меняется уровень морали, уровень патриотизма, уровень желания и представления о том, что надо служить своей стране и своему народу.

И наши, скажем так, сенсорные емкости заполняются теперь не информацией, подчерпнутой из книг, не эмоциями, взятыми из текста, а эмоциями и информацией от совсем других занятий хоть от компьютера, хоть от телевизора, хоть от наживания денег, хоть от наркотиков.

По материалам http://sobesednik.ru/culture/mikhail-veller-vstrecha-s-putin~